Выборы 2016: Участие женщин в политике Грузии

Сентябрь 28, 2016

В результате парламентских выборов 2016 года, женское политическое участие в Грузии может стать еще более низким, говорят правозащитники.

Эдита Бадасян

Elections

8 октября 2016-ого года Грузия будет избирать новый парламент страны. Но несмотря на громкие обещания и разговоры об усилении роли женщин в политике, в избирательных списках партий — женщин очень мало. Фото Регины Егоровой-Аскеровой

В свете предстоящих парламентских выборов 8 октября 2016 года, политические силы Грузии по разному стараются привлечь внимание и завоевать голоса избирателей. Так экс-президент Грузии, Михаил Саакашвили посоветовал партии «Единое национальное движение» поддержать свой имидж инноваторов.

«В избирательном списке партии должны быть представлены 50% женщин», — заявил политик за несколько месяцев до выборов. В свою очередь, подобного рода заявлений от правящей коалиции «Грузинская мечта» не было.

Все же, после того, как политические партии представили свои избирательные списки, стало ясно что не о каком увеличении женщин в политике нет и речи.

Правящая партия «Грузинская мечта» представила в мажоритарные кандидаты всего 4 женщины, в первой двадцатке партийного списка – 6 женщин, и всего в списке из 155 кандидатов – только 18 женщин.

«Единое национальное движение» представило в мажоритарные кандидаты всего 5 женщин, в первой двадцатке партийного списка – 6 женщин, и всего в списке из 200 кандидатов – 48 женщин.

«Свободные демократы» и «Республиканская партия» представили в мажоритарные кандидаты по 9 женщин, в первой двадцатке партийного списка – по 7 женщин, и только в целом партийном списке они защитили 30% квоту и в случае если они пройдут в парламент, то по закону получат финансовую поддержку из центрального бюджета.

Избирательный блок «Бурчуладзе – государство для народа» представил в мажоритарные депутаты – 8 женщин, хотя в первой двадцатке избирательного списка нет вообще ни одной женщины.

В свете этих событий, независимое «Женского движение»  Грузии провело  гендерный анализ избирательных списков:

«По показателям на сегодняшний день, Грузия отстает не только от США и стран Европы, но и от стран Азии и Африки. В Грузии в избирательных органах нет демократии, так как большинство населения у нас – женщины, но они в парламенте страны составляют лишь 12%. А в результате выборов 8 октября 2016 года, женское политическое участие в Грузии станет еще ниже. Несмотря на то, что все политические партии признают необходимость женского политического участия, эта тема для них никогда не была приоритетной. В 2014-2016 годах парламент Грузии на законодательном уровне дважды упустил возможность урегулировать минимальное представительство женщин в избирательных органах», — говорится в публичном заявлении «Женского движения».

Также, в нем напоминается, что перед парламентскими выборами 2016 года практически все политические партии обещали, что без квот увеличат представительство женщин в своих рядах. И это оказалось в своем большинстве ложным предвыборным обещанием. Поэтому, по мнению «Женского движения», в такой ситуации единственным эффективным путем увеличения и закрепления женщин в политике – это введение системы квот.

«Только закон сможет обязать наши политические партии представить женщин в своих рядах и создать гарантию представительства женщин в избирательных органах», — говорится в заявлении.

Бая Патарая, глава «Женского движения», обращает внимание на роль СМИ, которые также причастны и ответственны за столь плачевную ситуацию.

«Мы провели пресс-конферецию на эту тему, проанализировали ситуацию, предоставили статистику. И знаете что, «Имеди» и «Общественный вещатель» засняли пресс-конференцию, вопросы задали, взяли интервью, но в эфир ничего не пустили. «Рустави 2» и другие телекомпании даже не пришли на эту пресс-конференцию. Мне более или менее понятно, когда политические партии пытаются прятаться, чтобы мы их не поймали на том, что они не выполняют предвыборные обещания. Но я не понимаю представителей СМИ, которые покрывают и обеляют политические партии, обманывающие своих же избирателей. Я не собираюсь молчать», — говорит Патарая.

Она прогнозирует, что в парламенте 2016 года женщин, скорее всего, будет меньше чем 12%.

Все же, в Грузии есть женщины главы избирательных блоков. Первым номером избирательного блока «Давид Тархан-Моурави, Ирма Инашвили – Альянс патриотов Грузии» стала Ирма Инашвили, а Нино Бурджанадзе также первый номер блока  «Нино Бурджанадзе – Демократическое движение». На протяжении нескольких лет они также являются лидерами своих партий.

В целом политическая ситуация в Грузии сейчас такова – из 150 членов парламента 18 женщин (то есть около 11,8%). Женщина (Эка Беселия) руководит лишь одним из 15 парламентских комитетов. Эта картина отражена и в других государственных институтах.

Только двое из 19 министров – женщины. C первого августа этого года Кетеван Цихелашвили – министр по примирению и гражданскому равенству,  а министром юстиции является Тея Цулукиани.

Среди девяти губернаторов, также как и среди 12 мэров городов нет ни одной женщины.

В Автономной республике Аджария так же, нет ни одной женщины среди министров. И среди 69 глав самоуправлений – всего 2 женщины (В Дидубе-Чугуретском районе Тбилиси, и во Мцхета-Тианетском районе Грузии).

Стоит отметить, что с мая 2015 года по июль 2016, впервые в истории Грузии пост министра обороны страны занимала женщина — Тинатин Хидашели.

В итоге, учитывая все эти показатели, по данным Межпарламентского Союза за 2016 год, по процентному представительству женщин в законодательном органе страны Грузия занимает 147-ое место в мире.

По словам директора «Женского информационного центра» Елены Русецкой — это очень низкий показатель:

«Ведь почти сто лет назад, когда в Грузии уже дали право голоса женщинам, во многих странах мира у женщины такого права не было. То есть у нас был прогресс. Но, к сожалению, за все это время мы не вырвались вперед, а наоборот остались позади. Впереди Грузии даже арабские страны и островные государства Тихого океана».

Елена Русецкая считает, что очень большую роль играет финансовая поддержка кандидатов, к примеру, в выборах в местные самоуправления. Какой бы сильной не была женщина, без финансовой поддержки она выиграть не сможет.

«Поэтому я считаю необходимым принимать конкретные меры для того, чтобы способствовать приходу в политику большего количества женщин. Если ждать того, что это произойдет естественным образом, такими темпами как сейчас, достигнуть среднего показателя мы сможем минимум через 50 лет, это еще при условии, что в стране вдруг не будет политического кризиса или войны», — говорит Русецкая.

Факторы влияния

Стереотипы, финансы, необходимое образование и время – это четыре главных фактора которые, по мнению экспертов, мешают женщинам быть активными в политике. Особенно это ярко выражено в регионах страны.

Vote for women

Ряд неправительственных организаций постоянно пытается улучшить ситуацию, предлагая новые инициативы и проекты. Одной из важных мер в борьбе за гендерное равноправие, по мнению экспертов, является поддержка женщин на законодательном уровне — введение квотирования. Фото Регины Егоровой-Аскеровой

Председатель «Национальной сети защиты против насилия. Комитет Мцхета-Мтианети», Тамар Маисурадзе подтверждает, что активность женщин в регионах в целом очень низкая.

«Одна из самых главных проблем – это существующий в обществе стереотип. Мы постоянно об этом говорим, но он все же сохранился, что женщина не может быть хорошим политиком, так как она для этого не готова. В политике мужчины могут большего добиться, чем женщина, а женщина должна за семьей смотреть. То есть, в первую очередь для женщины семья, а если еще у нее останется свободное время, тогда вот и можно политикой заняться», — говорит Маисурадзе.

А бывает и так, что женщина и работает, и за семьей ухаживает, поэтому времени еще и на политическую активность у нее физически нет.

«Мы проводим разные образовательные тренинги, но, конечно, этого недостаточно. Необходимо больше таких проектов, которые будут направлены на активизацию женщин, на то, чтобы они выявляли в себе лидерские навыки, были больше уверенны в себе», — делится эксперт.

Марина Модебадзе, председатель организации «Общество женщин-демократов в Самцхе-Джавахети», считает, что большую роль играют и финансы, без которых очень сложно вести политическую кампанию. В целом, по словам эксперта, по регионам Грузии одни и те же проблемы.

«Многие считают, что женщинам нет места в политике. В то время как они выполняют всю «грязную» работу, а как «решение принимать» так его мужчина принимает. Наглядный пример работы в партии, женщины выполняют много важной работы, а в итоге, когда составляются избирательные списки, они находятся на последних местах. Когда женщина хочет придти в политику, ей начинают мешать семья, муж, свекр-свекровь, то есть у нее уже изначально больше препятствий, чем у мужчины. Так же есть вина и самих женщин, многие считают, что «ну если я приду в политику, разве что-то изменится?»- рассказывает Марина Модебадзе.

В свою очередь, региональный координатор национальной сети «Защита от насилия» Элисо Амиреджиби, назвала еще один фактор, который влияет на общественную активность женщин. Она считает, что связь между домашним насилием и участием женщин в политике, в принятии решений, прямая.

«Если женщина является жертвой домашнего насилия, то она волей-неволей отключается от участия в политических проблемах. Так как у жертвы всегда низкая самооценка, жертве постоянно говорят и доказывают, что она ни в чем не разбирается, не знает ничего, ставят все под сомнение. К тому же, на самом деле, не важно, кто у власти в Грузии, левые или правые, все равно насчет женщин у них в целом одна позиция. Что женщина – это хранительница домашнего очага, должна быть дома и заниматься домашними делами. Патриархальное устройство общества, плюс комфорт для мужчин, от которого они не хотят отказываться и терять его», — считает Амиреджиби.

Что делать?

Ряд неправительственных организаций постоянно пытается улучшить ситуацию, предлагая новые инициативы и проекты. Представительница Фонда «Сухуми» Лали Шенгелия рассказала, об одном таком проекте. В Кутаиси, Батуми, Озургети и Сенаки 3 года назад были учреждены Гендерные консультативные советы (ГКС), как местные институциональные механизмы для поддержки гендерных перспектив. ГКС – это посредническое звено, проводник информации между городским советом и гражданами, и пользуется большим мандатом доверия во всех сегментах общества.

«Стратегия, которую выбрал ГКС, направлена на то, чтобы местное самоуправление, местный бюджет, местная политика стали более целевыми, социально справедливыми; ориентированными на учет нужд социальной группы, в первую очередь – женщин, молодежи, ВПЛ, национальных меньшинств и их более полноценное участие в местной политике», — рассказала Шенгелия.

По ее словам, практика гендерных консультативных советов, легла в основу законодательной инициативы по поводу институционализации данного звена, и которую, Парламент Грузии должен рассмотреть в ближайшем будущем.

Также темой дискуссий является и вопрос введения квот. Одной из важных мер в борьбе за гендерное равноправие, по мнению экспертов, является поддержка женщин на законодательном уровне.

В Грузии, в частности, имели место две инициативы. В первой речь шла о пропорциональном принципе в партийных списках, предполагающем равную пропорцию — 50% на 50%, то есть каждый второй в списке должен быть другого пола. Баллотироваться через пропорциональные списки женщинам гораздо выгоднее, так как женщин в таких списках ровно половина — 50%. Если бы этот закон прошел, то около 38 из 150 членов  парламента были бы женщины, что все же никак не половина.

Этот законопроект был инициирован коалицией НПО (Task Force on Women’s Political Participation), которая проводит кампанию по изменению системы, благорасположенной к мужчинам. Однако законопроект не был рассмотрен, не нашлось инициатора в парламенте, который бы взялся его лоббировать.

Второй подход был представлен Наной Кеинишвили и Тамазом Чкуасели от коалиции Грузинская мечта (примечание — сейчас Нана Кеинишвили покинула ряды Грузинской мечты). Он предписывает, чтобы каждый третий кандидат был другого пола, то есть становится базой для резервирования 30% мест, который в результате обеспечивает очень низкий процентный порог.

25 мая 2016 года законопроект от Наны Кеинишвили и Тамаза Чкуасели был рассмотрен на пленарном заседании парламента в первом чтении. Что станет с законопроектом после выборов пока неясно.

Как считает Елена Русецкая, тот факт, что в Грузии женщины стали министрами обороны, юстиции и образования – это в первую очередь, заслуга самих этих женщин. Но нельзя забывать и о постоянном давлении неправительственного сектора на государство, о том, что необходимо иметь больше женщин в политике:

«Это и альтернативные отчеты, которые мы посылаем в международные организации ежегодно. Они дают свои плоды. Уже в этом году государство должно предстать с отчетом в комитете СИДО (СEDAW) о том, что они сделали для улучшения ситуации в этом направлении за последние два года».

Небольшой экскурс в историю

Борьба за права женщин в Грузии началась реально еще во второй половине 19 века. Женщины были представлены не только в Парламенте, также их выбирали как глав местного самоуправления, они активно работали в профсоюзах. Так же, женщины возглавляли культурные и просветительские общества (прототипы НПО того времени).

По словам историка, Ираклия Хвадагиани, в целом никто не был агрессивно настроен тогда к идее равноправия и включенности женщин во все сферы.

«По крайней мере такая картина видна с сегодняшней перспективы. А в деревнях, где не было высокого уровня образования, даже там этот вопрос не был болезненным.  Так как участниками всех важных инициатив были женщины», — говорит Хвадагиани.

За последнее столетие ситуация с правами женщин в контексте их участия в политике менялась. Так, к примеру, в период независимой Грузии с 1918-1921 года, в учредительном собрании были представлены женщины.

И в первой Конституции, которая просуществовала фактически 4 дня (21-25 февраля 1921 года) по статье 46, у женщин в Грузии было право голоса. Потом наступила советская эра, за 70 лет существования советского союза в Грузии не было ни одной женщины министра.

По словам специалиста программ в UN Women Georgia Тамары Сабедашвили, политика это единственная сфера, в которой Советский Союз не смог осуществить амбицию равенства мужчин и женщин.

«Что касается исполнительной власти в Грузии, на постах не было женщин во главе, максимум их назначали вторыми заместителями. Позже, уже, начиная с 80-х годов, в диссидентской сфере появились женщины, но они не были в руководящей политике. В Грузии, к примеру, это была Тамрико Чхеидзе, у которой была очень серьезная роль в Национальном движении», — рассказывает Сабедашвили.

Comments are closed.

Copyright © 2015 WOMEN-PEACE.NET