Законопроект о фемициде: наказанием против «рыцарей чести»

Июнь 21, 2016

В начале июня в Тбилиси произошло очередное женоубийство: муж смертельно ранил молодую женщину. В это же время в парламенте начались обсуждения законопроекта о фемициде.

Медея Гогсадзе

violence

Не всякое убийство женщины является фемицидом. В мотивах убийцы обязательно должен фигурировать фактор половой дискриминации, вне зависимости от того, кто, мужчина или женщина, совершает убийство. Фото с открытого ресурса Flickr.com/Creativecommons

Врачи не смогли спасти молодую женщину. Подозреваемый злоупотреблял наркотиками и отсидел срок. Чтобы прокормить детей и свекровь женщине пришлось работать в гостинице уборщицей. Освободившись из тюрьмы мужчина стал терроризировать супругу, устраивал сцены ревности  и требовал у нее деньги на наркотики.

Седьмого июня вечером он зашел к ней на работу, вывел на улицу, и выстрелил в нее четыре раза. Уголовное дело возбуждено по статье 19-108 УК Грузии (попытка умышленного убийства), что карается лишением свободы сроком от семи до пятнадцати лет.

О проблеме фемицида в Грузии заговорили в 2014 году, когда число женоубийств достигло катастрофической отметки. На каждый месяц приходилось по два факта убийства женщин со стороны мужей или партнеров – действующих, или бывших.

С тех пор на протяжении двух лет было зафиксировано более шестидесяти убийств. Фемицид стал частью грузинской реальности.

Представительницы республиканской партии Тамар Кордзая и Тамар Хидашели предлагают внести в уголовный кодекс норму об убийстве женщин на основе гендерной дискриминации. Они представили на рассмотрение парламента т.н. «законопроект о фемициде». В начале июня этого года парламент Грузии приступил к его обсуждению.

К слову: не всякое убийство женщины является фемицидом. В мотивах убийцы обязательно должен фигурировать фактор половой дискриминации. Существуют разные формы фемицида. К примеру, т.н. «убийства чести» совершаемые родственниками (за нарушение норм принятых в конкретном сообществе), убийство совершаемые посторонними людьми за «нарушение морали» (секс-работниц, служащих баров и ночных клубов) и т.д.

Фемицид в Грузии – это скорее «убийства чести». Женоубийцы пытаются предстать героями защитившими свое достоинство.

«Наша инициатива вызвала весьма неоднозначную реакцию в обществе. Один еженедельник тут же опубликовал статью с заголовком: «За убийство женщин будут наказывать строже, чем за убийство мужчин». Разве не всякое убийство должно быть наказуемо, зачем, мол, разделять?! – возмущался автор статьи. Люди не понимают, что разговор идет о защите уязвимой группы. А то, что женщины в Грузии уязвимая группа, доказали не только участившиеся факты фемицида. Почему случай с Магдой Папидзе (женщина, обвиняемая в убийстве мужа и ребенка) так прогремел? Это в значительной мере связано с ее половой принадлежностью. Вина Папидзе еще не доказана, а пресса и социальные сети пестрели публикациями: как, мол, женщина могла так поступить?», — свою законодательную инициативу объясняет член парламента Тамар Кордзая.

По ее словам, оценки одного и того же поступка варьируются в Грузии в зависимости от того, кто его совершил – женщина, или мужчина:

«В этом смысле Папидзе жертва. Цель нашего с Хидашели законопроекта дать возможность обществу и, в первую очередь мужчинам, переосмыслить свое поведение».

Объясняя понятие «фемицид» Кордзая говорит, что если в мотивах убийства присутствует  гендерная стигма это фемицид независимо от того кто его совершает. И добавляет, что предложенный законопроект – это не карательная мера против мужчин, а новый механизм против борьбы с гендерной дискриминацией, которой пропитана грузинская действительность. Так как, именно такая среда способствует гендерному насилию и фемициду.

Согласно проекту, фемицид квалифицируется как особо тяжкое преступление. Срок наказания может варьироваться от семи до пятнадцати лет в зависимости от обстоятельств.

В представленном в парламент законопроекте предлагается не только выделить отдельную статью для фемицида, но также внести в некоторые статьи уголовного кодекса (умышленное нанесение увечий, угрозы, побои) понятие гендерных мотивов.

«Закон – это заявка на то, что государство видит проблему и выражает готовность ее решать. Это означает, что переосмысление проблемы начнется и в структурах исполнительной власти, и в полиции, и в системе образования», — уверенна одна из авторов и инициаторов данного законопроекта Тамар Кордзая.

Закон — хорошо, но недостаточно

Внесение в законодательство понятия фемицида вполне разумно с точки зрения борьбы против гендерной дискриминации. Однако увеличение срока наказания вряд ли послужит надежной превенцией, считает юрист Манана Пурцхванидзе из НПО «Национальная сеть по защите от насилия»:

«Уголовное право существует со времен Римской империи, однако это не искоренило уголовные преступления. Закон – это хорошо, но недостаточно. В первую очередь необходим акцент на превенцию фемицида – реабилитационные программы для насильников».

Для полноценного информирования населения по гендерным вопросам  следует осуществлять масштабные образовательные проекты. По мнению Пурцхванидзе, именно изменение ментальности – это самое важное:

«Закон законом, но в первую очередь мы должны сделать все, чтобы этот самый фемицид не свершился. И чтобы общество не считало насилие актом восстановления чести».

С принятием подобных поправок согласны не все активисты. Президент НПО «Журналистская ассоциация ГендерМедиаКавказ» Галина Петриашвили отнеслась к идее без особого энтузиазма. По ее мнению, совершенно излишне выделять фемицид в отдельном порядке, когда есть закон предусматривающий наказание за убийство. По мнению Петриашвили, подобные законопроекты отвлекают силы от куда более насущных гендерных инициатив и могут помешать их продвижению.

Руководитель Женского информационного центра Майя Русецкая, в свою очередь, полностью поддерживает идею о внедрении в законодательство нормы против фемицида и говорит, что такой закон Грузии необходим:

«Уже тот факт, что в период комитетного обсуждения произошло убийство двух женщин, говорит сам за себя. К сожалению, авторами гендерных законодательных инициатив выступают в основном женщины. И они не получают должной поддержки со стороны мужчин. Повторяется история знакомая нам со времен дебатов вокруг закона против насилия в семье. Тогда многие были настроены против. Однако факт, что когда закон приняли, он прекрасно сработал и мы имеем положительные результаты».

По мнению Русецкой, все это неприятие идет от того, что парламентарии зачастую не понимают суть инициативы. В частности – фемицида. Они считают его обычным убийством.

Со своей стороны руководитель НПО «Сахли» Русудан Пхакадзе полагает, что закон против фемицида может не сработать из-за элементарного отсутствия механизмов его выполнения. Основная задача при квалификации факта фемицида – это наличие гендерной мотивации. Главная роль в этом процессе отведена сотрудникам правоохранительных органов, которые, по ее словам, не отличаются гендерной чувствительностью:

«Тут могли бы помочь психологи. Однако, есть серьезная проблема: в нашей стране институт психологической службы является в лучшем случае придатком».

В ближайшее время, законопроект о фемициде ожидают парламентские и общественные дебаты.

About Медея Гогсадзе

Медея Гогсадзе - свободный журналист в Грузии

Comments are closed.

Copyright © 2015 WOMEN-PEACE.NET